Неточные совпадения
Им овладело беспокойство,
Охота
к перемене мест
(Весьма мучительное свойство,
Немногих добровольный крест).
Оставил он
свое селенье,
Лесов и нив уединенье,
Где окровавленная тень
Ему являлась каждый
день,
И начал странствия без цели,
Доступный чувству одному;
И путешествия ему,
Как всё на свете, надоели;
Он
возвратился и попал,
Как Чацкий, с корабля на бал.
Ко всей деятельности, ко всей жизни Штольца прирастала с каждым
днем еще чужая деятельность и жизнь: обстановив Ольгу цветами, обложив книгами, нотами и альбомами, Штольц успокоивался, полагая, что надолго наполнил досуги
своей приятельницы, и шел работать или ехал осматривать какие-нибудь копи, какое-нибудь образцовое имение, шел в круг людей, знакомиться, сталкиваться с новыми или замечательными лицами; потом
возвращался к ней утомленный, сесть около ее рояля и отдохнуть под звуки ее голоса.
С тех пор, как Алексей Александрович выехал из дома с намерением не
возвращаться в семью, и с тех пор, как он был у адвоката и сказал хоть одному человеку о
своем намерении, с тех пор особенно, как он перевел это
дело жизни в
дело бумажное, он всё больше и больше привыкал
к своему намерению и видел теперь ясно возможность его исполнения.
Николай Петрович определил было денежный штраф за потраву, но
дело обыкновенно кончалось тем, что, постояв
день или два на господском корме, лошади
возвращались к своим владельцам.
Изложив
свои впечатления в первый же
день по приезде, она уже не
возвращалась к ним, и скоро Самгин заметил, что она сообщает ему о
своих делах только из любезности, а не потому, что ждет от него участия или советов. Но он был слишком занят собою, для того чтоб обижаться на нее за это.
В тридцати верстах от него находилось богатое поместие князя Верейского. Князь долгое время находился в чужих краях, всем имением его управлял отставной майор, и никакого сношения не существовало между Покровским и Арбатовым. Но в конце мая месяца князь
возвратился из-за границы и приехал в
свою деревню, которой отроду еще не видал. Привыкнув
к рассеянности, он не мог вынести уединения и на третий
день по
своем приезде отправился обедать
к Троекурову, с которым был некогда знаком.
Предоставив им заниматься
своим делом, я пошел побродить по тайге. Опасаясь заблудиться, я направился по течению воды, с тем чтобы назад вернуться по тому же ручью. Когда я
возвратился на женьшеневую плантацию, китайцы уже окончили
свою работу и ждали меня.
К фанзе мы подошли с другой стороны, из чего я заключил, что назад мы шли другой дорогой.
Но вот Вера Павловна кончила
свои дела, она
возвращается с ним домой
к чаю, и они долго сидят втроем после чаю; теперь Вера Павловна и Дмитрий Сергеич просидят вместе гораздо больше времени, чем когда не было тут же Кирсанова.
Марья Гавриловна приезжала на похороны и в тот же
день, как зарыли ее мужа, уехала в Самару, а оттуда по скорости в Казань
к своим родным. Лохматов не оставил никакого духовного завещанья; Марье Гавриловне по закону из ее же добра приходилось получить только одну четвертую долю, остальное поступало в семью Трифона Лохматова. Но Трифон, зная, какими путями досталось богатство его сыну, отступился от нежданного наследства, и таким образом Марье Гавриловне
возвратился весь ее капитал.
Проходит еще три
дня; сестрица продолжает «блажить», но так как матушка решилась молчать, то в доме царствует относительная тишина. На четвертый
день утром она едет проститься с дедушкой и с дядей и объясняет им причину
своего внезапного отъезда. Родные одобряют ее.
Возвратившись, она перед обедом заходит
к отцу и объявляет, что завтра с утра уезжает в Малиновец с дочерью, а за ним и за прочими вышлет лошадей через неделю.
Возвращаясь к театральным сезонам, которые я проводил в Петербурге до моего редакторства, нельзя было не остановиться на авторе"Свадьбы Кречинского"и не напомнить, что он после такого крупного успеха должен был — не по
своей вине — отойти от театра. Его"
Дело"могло быть тогда и напечатано только за границей в полном виде.
Юная особа, пленившая впервые мое сердце, каждый
день ездила с сестрой и братом в маленькой таратайке на уроки. Я отлично изучил время их проезда, стук колес по шоссе и звякание бубенцов.
К тому времени, когда им предстояло
возвращаться, я, будто случайно, выходил
к своим воротам или на мост. Когда мне удавалось увидеть розовое личико с каштановым локоном, выбивающимся из-под шляпки, уловить взгляд, поклон, благосклонную улыбку, это разливало радостное сияние на весь мой остальной
день.
«Прощай, отец… дай руку мне;
Ты чувствуешь, моя в огне…
Знай, этот пламень с юных
днейТаяся, жил в груди моей;
Но ныне пищи нет ему,
И он прожег
свою тюрьму
И
возвратится вновь
к тому,
Кто всем законной чередой
Дает страданье и покой…
Но что мне в том? — пускай в раю,
В святом, заоблачном краю
Мой дух найдет себе приют…
Увы! — за несколько минут
Между крутых и темных скал,
Где я в ребячестве играл,
Я б рай и вечность променял…
Вы можете себе представить, сколько разных
дел прошло в продолжение сорока пяти лет через его руки, и никогда никакое
дело не вывело Осипа Евсеича из себя, не привело в негодование, не лишило веселого расположения духа; он отроду не переходил мысленно от делопроизводства на бумаге
к действительному существованию обстоятельств и лиц; он на
дела смотрел как-то отвлеченно, как на сцепление большого числа отношений, сообщений, рапортов и запросов, в известном порядке расположенных и по известным правилам разросшихся; продолжая
дело в
своем столе или сообщая ему движение, как говорят романтики-столоначальники, он имел в виду, само собою разумеется, одну очистку
своего стола и оканчивал
дело у себя как удобнее было: справкой в Красноярске, которая не могла ближе двух лет
возвратиться, или заготовлением окончательного решения, или — это он любил всего больше — пересылкою
дела в другую канцелярию, где уже другой столоначальник оканчивал по тем же правилам этот гранпасьянс; он до того был беспристрастен, что вовсе не думал, например, что могут быть лица, которые пойдут по миру прежде, нежели воротится справка из Красноярска, — Фемида должна быть слепа…
Доктор
возвратился в Кузьмищево на другой
день к вечеру и был в весьма веселом и возбужденном настроении, так что не зашел даже наверх
к своей супруге, с нетерпением и некоторым опасением, как всегда это было, его поджидавшей, а прошел прямо
к Егору Егорычу.
Gnadige Frau между тем об этих разговорах и объяснениях с прелестным существом в непродолжительном времени сообщила
своему мужу, который обыкновенно являлся домой только спать; целые же
дни он возился в больнице, объезжал соседние деревни, из которых доходил до него слух, что там много больных, лечил даже у крестьян лошадей, коров, и когда он таким образом
возвратился однажды домой и, выпив
своей любимой водочки, принялся ужинать, то gnadige Frau подсела
к нему.
— Тут и нет кощунства. Я хочу сказать только, что если ты вмешиваешь бога в
свои дела, то тебе следует сидеть смирно и дожидаться результатов этого вмешательства. Но все это, впрочем,
к делу не относится, и, право, мы сделаем лучше, если
возвратимся к прерванному разговору. Скажи, пожалуйста, с чего тебе пришла в голову идея, что Коронат непременно должен быть юристом?
Петр Валерианович находился в Москве, в долгосрочном отпуску, по причине со
дня на
день, как мы уже сказали, ожидаемой кончины его отца. Через шесть недель после его смерти, ему надо было
возвратиться к месту
своего служения, а потому первая забота Ольги Николаевны была выхлопотать для него перевод в полки, расположенные ближе
к Москве.
Вихров дал ей денег и съездил как-то механически
к господам, у которых дроги, — сказал им, что надо, и
возвратился опять в
свое Воздвиженское. Лежащая на столе, вся в белом и в цветах, Клеопатра Петровна ни на минуту не оставляла его воображения. На другой
день он опять как-то машинально поехал на вынос тела и застал, что священники были уже в домике, а на дворе стояла целая гурьба соборных певчих. Катишь желала как можно параднее похоронить
свою подругу. Гроб она также заказала пренарядный.
Итак, Эраст обманул Лизу, сказав ей, что он едет в армию? — Нет, он в самом
деле был в армии, но, вместо того чтобы сражаться с неприятелем, играл в карты и проиграл почти все
свое имение. Скоро заключили мир, и Эраст
возвратился в Москву, отягченный долгами. Ему оставался один способ поправить
свои обстоятельства — жениться на пожилой богатой вдове, которая давно была влюблена в него. Он решился на то и переехал жить
к ней в дом, посвятив искренний вздох Лизе
своей. Но все сие может ли оправдать его?
Затем они подробно изложили мне план работ. Прежде всего они приступили
к исследованию Парижа по сю сторону Сены,
разделив ее на две равные половины. Вставши рано утром, каждый отправляется в
свою сторону и наблюдает, а около двух часов они сходятся в русском ресторане и уже совместно наблюдают за стеною Комической Оперы. Потом опять расходятся и поздно ночью,
возвратись домой, проверяют друг друга.
Позже я узнал, что метальщики уже с 26 февраля ежедневно
к 11 часам утра выходили со снарядами на Невский, подкарауливая царя. Встретил я Генералова в одни из этих напряженных
дней, — когда он, очевидно,
возвращался с Невского после бесплодного ожидания проезда царя, и так обычно, как все, шёл обедать в кухмистерскую, чтобы завтра снова идти на
свою предсмертную прогулку по Невскому.
Нет, она уже не
возвратится к прежней жизни: если ей нельзя наслаждаться
своим чувством,
своей волей вполне законно и свято, при свете белого
дня, перед всем народом, если у нее вырывают то, что нашла она и что ей так дорого, она ничего тогда не хочет в жизни, она и жизни не хочет.
Возвратившись от духовной
своей дщери, имевшей обыкновение во всех почти
делах своих прибегать
к пастырскому совету, ксендз Ладыслав тотчас же написал маленькую записочку
к учителю Подвиляньскому, в которой убедительнейше просил его пожаловать
к себе в возможно скорейшем времени. Записка эта была отправлена с одним из костельных прислужников.
Лариса, пробыв четыре
дня у Бодростиной и притом оскорбясь на то, что она здесь гостила в то самое время, когда муж ее был в городе, не могла придумать, как ей
возвратиться с наибольшим сохранением
своего достоинства, сильно страдавшего, по ее мнению, от той невозмутимости, с которою муж отнесся
к ее отсутствию. Наблюдательное око Глафиры это видело и предусматривало все, чем можно воспользоваться из этого недовольства.
Катерина Астафьевна побежала послом
к Подозерову и через несколько минут
возвратилась с его согласием и благодарностию, а через два
дня Андрей Иванович уже уехал на
свой новый пост принимать имение и устраивать себе там жилье.
И точно как после кошмара, даже те, которые, по-видимому, успели уже освободиться от самодурного гнета и успели возвратить себе чувство и сознание, — и те все еще не могут найтись хорошенько в
своем новом положении и, не поняв ни настоящей образованности, ни
своего призвания, не умеют удержать и
своих прав, не решаются и приняться за
дело, а
возвращаются опять
к той же покорности судьбе или
к темным сделкам с ложью и самодурством.
При первой осаде Азова ему стало скучно, и он старался как-нибудь поскорее покончить
дело, чтобы
возвратиться в Москву,
к своим обыкновенным удовольствиям.
Ровно с половины восьмого наместник
возвращается к себе, делает
свой вторичный туалет и начинает
свой трудовой
день.
Возвратившись домой, она прямо прошла
к себе в спальню и имела мужество позволить себя
раздеть горничной, не выдав при ней
своего волнения.
Опоздав на поезд, опоздали благодаря этому на пароход «Стим», единственное судно, обходящее раз в
день берега обоих полуостровов, обращенных друг
к другу остриями
своими; «Стим» уходит в четыре, вьется среди лагун и
возвращается утром.
Он
возвратился к своему владельцу при довольно странных обстоятельствах. Марья Осиповна Оленина, с разрешения государыни, поехала в
день Крещения
к обедне в Новодевичий монастырь, и после службы посетила игуменью Досифею. Из рук последней она получила перстень. Молодая девушка вопросительно поглядела на нее.
В самом
деле, русские на нескольких плотах подъехали с разных сторон
к острову. Встреча была ужасная. Блеснули ружья в бойницах, и осаждавшие дорого заплатили за
свою неосторожность. Сотни их пали. Плоты со множеством убитых и раненых немедленно
возвратились к берегу. Из стана послан был офицер шведский переговорить с Вульфом, что русские не на штурм шли, а только ошибкою, ранее назначенного часа, готовились принять в
свое заведование остров.
И уж зато как же радовался Глеб, когда, покончив
дела свои, померзнув день-деньской на стуже,
возвращался к вечеру в избу и садился плесть
свои сети.
Вдруг на средней аллее сада появилась вышедшая из боковой аллеи легкая на помине Татьяна Петровна, в сопровождении пожилой горничной, несшей сверток с покупками.
Возвращаясь домой — дом Толстых находился на Соборной площади, против сада — она не утерпела зайти в сад, который манил
к себе
своей позлащенной дуновением осени зеленью, освещенной ярким солнцем великолепного сентябрьского
дня.
— Грустного тут ничего нет. Мы
дело свое покончили; а если русскому юношеству угодно питаться тем, что ему пережевывают все эти анахарсисы, — на здоровье! Теперь, — сказал он после небольшой паузы, — вы уж меня больше не станете исповедовать по части литературы. Сей сюжет столь пресен, что два раза
возвращаться к нему нельзя.
Директор был несколько озадачен; но обозлившийся главный надзиратель возразил ей, «что она сама, по
своей безрассудной горячности, портит все
дело; что в отсутствие его она пользовалась слабостью начальства, брала сына беспрестанно на дом, беспрестанно приезжала в гимназию,
возвращалась с дороги, наконец через два месяца опять приехала, и что, таким образом, не дает возможности мальчику привыкнуть
к его новому положению; что причиною его болезни она сама, а не строгое начальство и что настоящий ее приезд наделает много зла, потому что сын ее, который уже выздоравливал, сегодня поутру сделался очень болен».
Дело заключалось в том, что граф Николай Петрович Шереметев в 1801 году женился на
своей крепостной девушке Прасковье Ивановне Кузнецовой, прозвище которой переделали в «Ковалевскую» и говорили, будто она происходила из польской шляхты и была записана в крепость Шереметевых незаконно.
К этому обстоятельству от нечего делать не переставали
возвращаться при каждом удобном случае и достойную уважения графиню в глаза чествовали, а за глаза звали «Парашкою».
Склонный и прежде
к скептическому взгляду, он теперь стал окончательно всех почти ненавидеть, со всеми скучать, никому не доверять; не говоря уже о родных, которые первое время болезни князя вздумали было навещать его и которых он обыкновенно дерзостью встречал и дерзостью провожал, даже в прислуге
своей князь начал подозревать каких-то врагов
своих, и один только Елпидифор Мартыныч
день ото
дня все более и более получал доверия от него; но зато старик и поработал для этого: в продолжение всего тяжкого состояния болезни князя Елпидифор Мартыныч только на короткое время уезжал от него на практику, а потом снова
к нему
возвращался и даже проводил у него иногда целые ночи.
— По двум причинам… Во-первых, я за границей климатом избаловался, — мне климата хорошего желается, а здесь холодно; кроме того, на
днях княгиня
возвращается в Москву
к своему супругу.
Домна Осиповна
возвратилась к нему с лицом добрым, любящим и, по-видимому, совершенно покойным. По ее мнению, что ей было скрывать перед ним?.. То, что она хлопотала по
своим делам? Но это очень натурально; а что в отношении его она была совершенно чиста, в этом он не должен был бы сомневаться!
Пробыла Настя у
своего лекаря два
дня, а на третий вечером пришла домой и ни за что не хотела
к нему
возвращаться.
Роберт Бер сидел здесь, не выходя никуда с самого утра. Правда, он вышел на минуту перед вечером, но только для того, чтобы велеть принесть себе новую кучу вереска, но тотчас же
возвратился сюда снова, сел против камина и с тех пор уже не вставал с этого места. Он даже не зашел сегодня
к своим лошадям, чем он не манкировал ни один
день в жизни.
Лучше, кажется, уже нельзя было отправить больного, как он отправлялся, и Павел Фермор в полном спокойствии
возвратился к своему полку в петергофский лагерь, а на третий
день после проводов брата поехал
к своей тетке, которая тогда проводила лето на даче близ Сергия, и там скоро получил неожиданное известие, как отменно уберегли на пароходе его брата.
Портной проводил
день в мастерской;
к вечеру только
возвращался он в
свою каморку, сопровождаемый всегда приятелями, в числе которых лучшим другом был тот, который собирался задушить его на свадьбе.
Рано проснешься поутру, оденешься задолго до света и с тревожным нетерпением Дожидаешься зари; наконец, пойдешь и
к каждой поставушке подходишь с сильным биением сердца, издали стараясь рассмотреть, не спущен ли самострел, не уронена ли плашка, не запуталось ли что-нибудь в сильях, и когда в самом
деле попалась добыча, то с какой, бывало, радостью и торжеством
возвращаешься домой, снимаешь шкурку, распяливаешь и сушишь ее у печки и потом повесишь на стену у
своей кровати, около которой в продолжение зимы набиралось и красовалось иногда десятка три разных шкурок.
Расход этот, разумеется, имел одно назначение: Сафроныч в течение
дня пропивал
свою полтину и
к ночи
возвращался домой по хорошо известной ему лестнице через забор.
После турецких и шведских кампаний
возвратившись на
свою родину, он вздумал жениться — то есть не совсем вовремя — и женился на двадцатилетней красавице, дочери самого ближнего соседа, которая, несмотря на молодые лета
свои, имела удивительную склонность
к меланхолии, так что целые
дни могла просиживать в глубокой задумчивости; когда же говорила, то говорила умно, складно и даже с разительным красноречием; а когда взглядывала на человека, то всякому хотелось остановить на себе глаза ее: так они были приветливы и милы!..
Пора, однако,
возвратиться от литераторов
к старцу Малахии, который украсил этот торжественный
день своим появлением в поднесенной ему необыкновенной шляпе.
Вечером Чубиков и его помощник, освещенные бледнолицей луной,
возвращались к себе домой; они сидели в шарабане и подводили в
своих головах итоги минувшего
дня. Оба были утомлены и молчали. Чубиков вообще не любил говорить в дороге, болтун же Дюковский молчал в угоду старику. В конце пути, однако, помощник не вынес молчания и заговорил...